Телезритель, как правило, пассивно «считывает» с экрана то, что ему предлагают. Он сможет переключить свой приемник с одно­го канала на другой, вовсе его выключить, но участвовать в изобра­жаемом действии он может лишь путем сопереживания, как в теат­ре или в кино. Безусловно, возможность выбора программы ставит телезрителя в иные условия, нежели зрителя в театре или в кино. Недовольный спектаклем или кинофильмом зритель может поки­нуть зал, тогда как телезритель, щелкнув тумблером, увидит нечто совершенно иное, чем то, что привлекало его к экрану или оттал­кивало за минуту до этого. И все-таки позиция телезрителя пассив­но-созерцательная: ему остается только право выбирать между имеющимися вариантами, но уже само это право может породить желание не только выбирать, но и самому диктовать последова­тельность и даже характер действий на экране. Голубой экран, как, впрочем, и киноэкран, в силу своей условности, связанной с техни­ческой стороной кино и телевидения, ослабляет контакты зрителя со зрелищем, он становится не только связью, но и препятствием между зрителем и теми, кто готовит передачу и участвует в ней. Момент сотворчества при просмотре телепередач ниже, чем при посещении театра, цирка, стадиона, концертного зала и т. д.